Вход пользователей
Пользователь:

Пароль:

Чужой компьютер

Забыли пароль?

Регистрация
Меню
Разделы

Реклама









Сейчас с нами
485 пользователей онлайн

За сегодня: 0

Уникальных пользователей за последние сутки: 11220

1941, Tenja, Alexandrrr, OxoTHuk, lady-fors, DNHaMNT, mig-29, далее...
Новые участники
tan21 19/07/2018

m0zeratus
19/07/2018
GalinaP 19/07/2018
dmitri59 19/07/2018
Dinja v 50 18/07/2018
vif777 18/07/2018
FiXi 18/07/2018
idanieljan 18/07/2018
Jelena33 17/07/2018
Villy 17/07/2018
Счетчики

Рейтинг@Mail.ru
Реклама




Эстония : Российская актриса и режиссер Юлия Ауг: о «Моей эстонской бабушке», борьбе за возвращение эстонского гражданства, преимуществе эстонских продуктов над российскими
Автор: calipso в 14/03/2019 07:10:00 (1249 прочтений)


В интервью Delfi Юлия Ауг рассказала об автобиографическом спектакле «Моя эстонская бабушка», который представят таллиннским зрителям в конце марта. Поделилась экспертным мнением о современном театре, о том, есть ли польза от кинопремий, о противостоянии традиционных жанров кино и сериалов, а также о том, чем эстонские продукты лучше российских.

Далее...



Жившая в Нарве с раннего детства и до окончания школы Юлия Ауг не только режиссер спектакля, но и автор истории, которую представят таллиннской публике в конце марта. Премьера прошла в Нарве. Одна из основных линий сюжета – борьба самой Юлии за возвращение полученного по рождению эстонского гражданства, без которого ее оставили в 2012 году на том, основании, что во времена Первой Республики ее предки переехали в Советскую Россию. Через несколько месяцев гражданство вернули, а потом лишили его опять и вернули снова.




Ауг пытается найти ответы на вопросы «кто я?», «где моя родина?», изучая историю семьи, ведя внутренний диалог со своей бабушкой Ксенией Клеттенбер, которая многому научила будущую актрису и умерла, когда Юлии было 8 лет.

После многочисленных судов, то возвращавших эстонское гражданство, то забиравших, в 2017 году Юлию Ауг оставили без него окончательно. Впрочем, сама актриса и режиссер не считает вопрос закрытым, а борьбу проигранной, и продолжает ее творческими средствами.

О том, почему гражданство – это важно

Дедушку Юлии, Оскара Ауг, в Советской России расстреляли. А бабушка с сыном прошли через лагеря и ссылки.
«Они получили эстонское гражданство, и нет никаких документов, свидетельствующих о том, что они от него отказались или каким-то другим образом утратили, - говорит Юлия Ауг о своих бабушке и дедушке по отцовской линии.

- Многие люди искусства являются, что называется, гражданами мира, а быть гражданином конкретного государства для них не так важно, и, более того, это им, зачастую, не нужно – зачем иметь обязательства перед конкретным государством, быть ему чем-то обязанным? Почему вы так настойчиво добиваетесь возвращения эстонского гражданства?

- Начнем с того, что я – не человек искусства. Очень не люблю, когда меня загоняют в какие-то рамки. Вообще не знаю, что такое «искусство». То есть когда я приехала в Вену смотреть Брейгеля, то его картины я однозначно воспринимала как искусство, то есть то, что не может быть понятым до конца, но в то же время бесконечно восхищает. А дальше все сложнее.

- Так почему вам так было важно вернуть гражданство?

- Почему «было»? Для меня это остается важным.

- Так поезд уже ушел.

- Ничего не ушел. Это вам так кажется. До тех пор, пока я жива, буду бороться. У человека нельзя отнимать гражданство его родины.




О том, почему важно пожить в разных местах

- В какой части Эстонии жили ваши предки по отцовской линии до того момента как уехали в советскую Россию?


- В Нарве, Вильянди, на острове Муху, в разных местах. У бабушки в Вайвара была усадьба.

- Ваш отец вернулся из ссылки именно в Нарву?

- Да, сначала приехал сам, а потом уже привез бабушку.

- Вы провели в Нарве детство, закончили школу. Когда уезжали учиться в Ленинград, планировали вернуться, или, покидая Нарву, думали, что это раз и навсегда?

- У меня никогда не было «раз и навсегда». Я просто поехала учиться в Питер, находящийся в паре часов езды от Нарвы. Тогда не было границы, и все было совсем просто. Какое «навсегда»? Я же не через Атлантический океан собиралась перелететь.

- Сейчас же это очень распространенная история. Когда молодые люди уезжают из Нарвы, даже не за границу, а, например, в Таллинн, часто говорят очень определенно, что жить тут больше не собираются.

- Это совсем другое дело. Для них важен социальный момент. Значит этим ребятам здесь плохо и хочется жить в другом месте. Мне не было плохо, но хотелось расширить свои горизонты, угол зрения, личностно развиваться. Вне зависимости от того, где ты живешь , в Москве, например, или Нью-Йорке, но, если ты хочешь, чтобы твой мир стал больше, не надо сидеть на одном месте, надо ездить, пожить еще где-то.

О том, что публику надо воспитывать

- Нарвскую театральную публику нельзя назвать искушенной. Нарвитяне в массе своей с трудом воспринимают спектакли, являющиеся серьезными высказываниями на актуальные социальные, политические, другие общественно важные темы. Местные люди привыкли к спектаклям с понятным и увлекательным сюжетом, интригой, юмором…


- Где люди к этому привыкли?

- Я, конечно, о тех постановках, которые, как правило, привозят в Нарву, то что нарвитяне смотрят по телевизору. И вот, я думаю, насколько нарвитяне готовы к тому, что вы им покажете?

- Это будет нелегко. Это не развлечение, отнюдь, но публику надо воспитывать. В Москве люди уже отвыкли от того, что театр может быть только развлечением, в Питере отвыкли, Берлине отвыкли давно, в Стокгольме отвыкли так давно, что в Берлине не вспомнят, когда отвыкли в Стокгольме. Никто не отменяет классической драматургии, но есть другие, современные формы театра. Я уже довольно давно занимаюсь театром документальным, театром социальным, театром свидетельским. В данный момент такой театр для меня гораздо важнее и интереснее, так как он реагирует на актуальные проблемы, пытается найти ответ на острые социальные вопросы. Конечно, такие спектакли не идут десятилетиями, но это и не нужно.




- Спектакль «Моя эстонская бабушка» в этом смысле похож на то, что вы делали в Таллинне в начале десятых – на постановку, посвященную живущим в Эстонии русским, «Русские они такие».

- В чем-то это очень похоже. Но тот спектакль был уже давно, в 12-м году. Прошло семь лет, изменился мир, изменилась я, и сегодня спектакль получился бы иным. Я сравниваю сегодняшний день с тем периодом жизни в Таллинне, в 12-м году, и могу сказать, он уже другой, живущие в нем русские - другие. Изменилась атмосфера. Мы же делали тогда интервью с людьми разного возраста, разного социального положения, и сегодня мы даже вопросы иначе формулировали бы. По моим ощущениям за это время в Таллинне почти совсем не осталось людей, которые вообще не говорят по-эстонски, если не считать маргиналов. Они во всяком случае, уже не так заметны, как раньше. А это уже другая реальность.

- Не сложно вам работать с актерами, чьим родным языком является эстонский, и которые по-русски, возможно, говорят плохо или совсем не говорят?

- Нет, не сложно. У меня и переводчик есть.

- А самим актерам не тяжело справляться со сценами на русском языке?

- Конечно, тяжело, но они это делают. Эстонские актеры - профессионалы очень высокого уровня. У меня работают три актера, которые играли в знаменитом, легендарном, известном на всю Европу театре NO99. На этот театр лично я в том, как делать спектакли, равняюсь. И тут у меня скорее возникает вопрос, имею ли я право работать с актерами, которые сами являются для меня ориентирами.

О Нарве как возможной Культурной столице Европы

- Вы наверняка слышали о том, что Нарва борется за титул Культурной столицы Европы. Вас не кажется эта идея нелепой?


- Слышала от мамы. Это могло бы дать колоссальный толчок в направлении всестороннего развития Нарвы. Именно поэтому эта идея мне не кажется нелепой.

- Вы бы не хотели в этом деле поучаствовать, внести свой вклад?

- Все зависит от того, в чем именно поучаствовать. Я рассматриваю конкретные предложения, к которым всегда открыта. Например, этим летом в Нарве будет что-то вроде театральной школы для актеров, не являющихся профессионалами, но уже переросших любительский уровень, актеров, играющих в эстонских театрах. Меня пригласили в этот проект в качестве одного из менторов. Буду обучать режиссуре, актерскому мастерству.




О том, вытеснят ли сериалы классическое кино, полнометражные фильмы?

- Вы давно работаете в кино, в полном метре, а также снялись во множестве сериалов. Очень интересно ваше экспертное мнение по поводу перспектив того, что сериалы окончательно вытеснят на периферию полнометражные фильмы. Может быть, этот тектонический сдвиг уже произошел?


- Прежде всего, везде все по-разному развивается: в Америке одним образом, в Европе – другим, в России – третьим. Но и в России уже снимаются сериалы, которые, можно сказать, находятся в нише артхауса, то есть производятся с большой свободой, без оглядки на цензуру и вкусы массовой аудитории, и в то же время на очень высоком профессиональном уровне. Это началось в Америке, но теперь и в России производятся просто очень крутые сериалы. Например, «Звоните ДиКаприо», «Домашний арест»… Важно то, что это высокого интеллектуального уровня и в то же время коммерчески успешные произведения. Это кайфово смотреть. Вытеснят ли сериалы полный метр? Нет, не вытеснят. Это разные территории, разные источники финансирования…

- Но все упирается в интерес публики, а он давно смещается именно в сторону сериалов. Сейчас даже кажется странным, что сравнительно недавно на премьерные показы многих фильмов в кинотеатре было сложно достать билеты…

- Это вам кажется странным. Я это вижу и сегодня. У моей дочери (актрисы Полины Ауг, - прим. авт.) на днях была премьера фильма «Юморист», в котором я также сыграла камео, то есть саму себя – пригласили, как звезду на 40 секунд экранного времени, а у дочери была одна из главных ролей. И вот в день премьеры в Доме кино не было не только билетов, но и пригласительных не хватало. На премьеру фильма «Лето» было не попасть даже в кинотеатр «Октябрь». Это реальность. Если мы говорим о вэб-сериалах, которые не показывают по телевидению, то их аудитория – это те же люди, которые ходят на такие премьеры в кино, и они одно на другое не променяют.

- Вы не думали о том, чтобы попробовать себя в сериальном жанре уже не в качестве актрисы, а как режиссер и, возможно, сценарист?

- Нет, это коммерчески не оправданно. Я как актриса зарабатываю больше. В качестве режиссера я занималась бы сериалом год – четыре месяца съемок, а потом еще полгода, чтобы все доделать. Когда я перестаю на какое-то время сниматься в кино для того, чтобы сделать спектакль, на него уходит не больше двух месяцев в совокупности. Сейчас я ушла на полгода из кино – после Эстонии поеду в Томск и там буду ставить спектакль. Уже чувствую, что это экономически невыгодно. Деньги надо зарабатывать.




О бесполезности премий

На прошлой неделе Российская академия кинематографических искусств назвала претендентов на премию «Ника» за 2018 год. Больше всего номинаций у «Лета» Кирилла Серебренникова, 12, и в их числе – номинация на премию «за лучшую женскую роль второго плана», на которую претендует Юлия Ауг.

- Как получение премий влияет на вашу карьеру, на предложения, которые получаете, на заработки?

- Вообще не влияет.

- А почему так получается?

- Я тоже в свое время думала – получу премии, меня будут снимать и снимать, мои гонорары взлетят до небес! Фигня все это. У меня дома целая полка наград, среди которых и «Ника», и «Тэфи», и «Кинотавр». Мы все смеемся, что у меня есть все российские награды в области кино, за исключением «Золотого орла». Его я не получу никогда.

- Почему вы так в этом уверены?

- «Золотой орел» - политически ангажированная премия, и мне ее не дадут точно.

- А «Ника» - совершенно не ангажированная?

- Ангажированная, но с другой стороны. На «Золотом орле» фильм «Лето» не был представлен ни в одной номинации, а на «Нике» он представлен в 12 номинациях. Это все объясняет. У всех свои песочницы.

О том, что эстонские продукты гораздо вкуснее российских

На своей странице Юлия Ауг время от времени будоражит свою аудиторию незамысловатыми сообщениями о том, что, побывав в очередной раз в Эстонии, она вернулась в Россию с полными сумками различных продуктов, от сыра до хлеба и геркулеса. Когда Юлия пишет, что эстонские продукты вкуснее и с этим фактом ничего поделать нельзя, часть ее читателей с энтузиазмом поддерживает эту идею, а более заметная, хотя и немногочисленная, часть эмоционально протестует, доказывая, что уж российский хлеб-то точно лучше, так как натуральнее. Ауг терпеливо настаивает на том, что эстонский хлеб лично ей нравится гораздо больше, что страсти, само собой, не успокаивает.

- Читаю ваши публикации, смотрю на ваши фотографии сырных отделов в нарвских магазинах и думаю – какой же я лопух, покупаю всего два вида сыра, а всего этого разнообразного великолепия не замечаю.

- Все дело в том, что вы здесь живете, к этому привыкли. Это нормально. Если я буду жить в Нарве, то у меня тоже будет два любимых сорта сыра, которые буду покупать на протяжении жизни.

- Нет ли все-таки в утверждении, что в Эстонии продукты вкуснее, чем в России, некоторого преувеличения?

- К сожалению, я не преувеличиваю. В Нарве я после репетиции иду в соседний Rimi и покупаю там качественные продукты: вкусный кефир, сыр, конечно, хлеб. Ничего такого уровня качества в Москве купить я не могу. То есть, конечно, много хорошего есть на рынках, еще где-то, но так, чтобы рядом и всегда – нет. Сколько бы я не пробовала кефира в Москве, нет ни одного, вкус которого сравнился бы со вкусом эстонского кефира. Вы будете смеяться, но из Нарвы в Москву даже геркулес возила, так как мне особенно нравится его помол – когда запариваешь, получается идеальная структура.




- Возможно, все дело в том, что вы выросли на эстонских продуктах, и именно потому другие вам кажутся плохими.

- Нет, я не говорю, что российские плохие. Просто совсем другой вкус, который мне не нравится. Но опять же, я не только себе привожу продукты из Эстонии – маме, которая у меня зимует, дочери, а она шесть лет уже не была в Эстонии, друзьям.

- И все-таки нарвитяне с большим недоумением смотрят на россиян, которые набивают целые телеги продуктами. Нам кажется, что в этом все-таки есть что-то нерациональное.

- Что же тут нерационального? Люди хотят, чтобы им было вкусно. Родители моего художника-постановщика даже из Москвы ездят в Эстонию, чтобы покупать продукты. Предпринимать такие усилия без причины никто не будет. Нарвитяне этого не понимают просто потому, что вкусно едят, не придавая этому значения.

В «Моей эстонской бабушке» роли исполняют Герт Раудсеп, Миртель Похла, Улле Кальюсте (Эстонский драматический театр), Лаура Кукк (кукольный театр NUKU) и Яак Принтс.

Спектакль «Моя эстонская бабушка» будет показан в Таллиннском театральном центре 26 марта, 16 апреля и 21 мая в 19:00.
Спектакль идет на эстонском и русском языках, с русскими субтитрами.




0
Seti
 SETI.ee (1)
Страница: 1-20 
Андропов
Отправлено: 14/03/2019 09:28  Обновлено: 14/03/2019 09:28
Дата регистрации: 12/01/2008
Из:
Сообщений: 158
хочет на ёлку влезть и опу не ободрать
Страница: 1-20 
Вконтакте
 ВКонтакте (0)
Facebook
 Facebook (0)
Инфо