Вход пользователей
Пользователь:

Пароль:

Чужой компьютер

Забыли пароль?

Регистрация
Меню
Разделы

Реклама











Сейчас с нами
356 пользователей онлайн

За сегодня: 0

Уникальных пользователей за последние сутки: 11387

Dmitrichz, Ramina, далее...
Счетчики

Top.Mail.Ru
Реклама




Юмор : ЁКСЕЛЬ-МОКСЕЛЬ
Автор: Мastak в 26/05/2004 07:18:46 (1283 прочтений)

Десять лет назад с Лехой Тетерей случай произошел. Не успел познакомиться с одной девицей - та в декрет. Не сильно Леха расстроился. "А, ексель-моксель! - сказал себе, - когда-то все одно хомут надевать".
Моя мама, Анна Михайловна, говорила: молодые все симпатичные. Лехина жена была исключением. Не Баба-яга, но из близкой родни. "Какая разница-заразница, - не расстраивался Леха. - Возьмешь красавицу, она из тебя сохатого-рогатого начнет мастерить..."
Шесть лет вместе прожили. Как-то Леха возвращается с работы... По дороге три литра - свою норму - пива купил. Со сладкими мыслями: сейчас оттопырюсь до упора, - открыл дверь квартиры... И захлопнул с вытаращенными глазами. далее....

С наружной стороны к двери не было претензий, тогда как изнутри одна табуретка расхлябанная осталась да на подоконнике ракушка из Сочи. И голые стены.
- Ёксель-моксель! - побежал Леха к соседям. - Обокрали!
Вышло хуже. Согласно пословице: "Только муж не знает, что жена гуляет". Его далеко не красавица, оказывается, целый год с одним казахом, несмотря на бабуягиную фотогеничность, из Лехи "сохатого-рогатого" мастерила.
Создав законному мужу густую ветвистость на лбу, казах поехал доделывать начатое в свой аул. Подогнал фургон и вместе со всем скарбом Лехино сокровище погрузил.
- Ну, ексель-моксель, - поклялся на руинах семейной жизни Леха, - чтоб еще хоть одна баба переступила мой порог!
И сел пить пиво с водкой. При этом яростно пел: "Отцвела любовь-сирень, вот такая хренотень!"
Насчет баб четыре года свято держал страшную клятву. С попугаем делил жилище. А завел его не из магазина "Оазис".
Рот у Лехи дырявый. Крошки, как горох из худого мешка, на пол сыплются. Леху прореха не колышет, а воробьям - радость. Летом постоянно харчуются на балконе.
В один холостяцкий день Леха глянул на крылатых нахалявщиков, ба! - вместе с ними попугайчик прилетел столоваться. Разноцветный, как из шоу.
- Ёксель-моксель, - удивился Леха, - прямо филиал Африки у меня открывается. Того и гляди, крокодилы с бегемотами нарисуются.
Крокодилы не прилетели, зато попугай постоянно поддерживал балконную Африку. Регулярно с воробьями заруливал. Спелся с ними, будто на одной пальме вылупились.
- Ёксель-моксель, - как-то, глядя на несерьезную одежонку заморского гостя, прикинул Леха. - А холода нагрянут, что зачирикаешь в своем эстрадном полуперденчике? Воробьи - пройдохи морозоустойчивые, а твои цветастые перышки облетят с первым снегом.
Человек Леха был сердобольный. "Простодыра чертова!" - называла его до убега в аул жена.
Глядя на попугая, Леха вспомнил голопузое детство и, выручая теплолюбивую птаху, навострил ловушку: ванночка детская, перевернутая кверху дном, на палочку одним краем опирается, под ней семечки. К палочке привязана леска, на другом конце которой Леха лежит в комнате под балконной дверью. Попугай прилетел на семечки, а дальше как в песне: "Ну, попалась, птичка, стой, не уйдешь из сети".
Словил попугая, как когда-то синичек. Возник вопрос имени спасенной от зимы птахи.
- Ты, ексель-моксель, в своей Африке был каким-нибудь Мандейлом или Чомбой, а у меня будешь Фаней! И не балуй! - окрестил Леха крылатого сожителя.
Купил ему красивую клетку, чтобы все как у людей. Фаня с ходу "как у людей" отверг. Хватанул с воробьями воли, после чего жить за железными прутьями наотрез отказался. Закатывал скандалы и голодовки.
- Дурак ты, ексель-моксель, ни разу не грамотный! - сказал Леха и навсегда открыл клетку.
Лехин приятель, заядлый голубятник, как-то зашел с добрым жбаном пива и забраковал Фаню на человеческую речь.
- Напрасный труд, - сказал орнитолог-самоучка, - твоего попку учить - только язык мозолить! Не из породы говорливых.
- Жаль, - немного расстроился Леха, - а то бы, ексель-моксель, поболтали на досуге. Не все в телек пялиться по вечерам.
В одно отнюдь не прекрасное утро Леха (накануне накосорезился с дружками) просыпается, а сквозь хмарь в голове "ексель-моксель!" доносится.
Лехе совсем дурно стало. "Эт че, - подумал больной головой, - глюки колбасят?"
Похолодело все в пересохшем нутре, показалось: крыша едет, труба плывет, парохода не видать.
"Надо, ексель-моксель, завязывать так надираться", - сделал благоразумный вывод и увидел в изголовье Фаню.
Попугай с интересом рассматривал страдающего хозяина. И вдруг со стороны Фани раздалось:
- Ёксель-моксель!
- Дак это ты, паразит! - обрадовался Леха, что "крыша" на месте.
- Ёксель!.. - подтвердил догадку Фаня.
С этого дня его прорвало. Безостановочно посыпалось: "не балуй", "паразит", "халява", "пошел в пим", "без базару".
Давал корм дружку Леха всегда с ласковым напутствием:
- Ешь свою хренотень!
Фаня подцепил призыв. Причем повторял не лишь бы брякнуть. Исключительно, когда Леха сам садился за стол. Еще любил говорить: "Пить будем".
Да ладно бы только говорил. Пристрастился к пиву не хуже Лехи, который поглощал слабоградусный напиток в неслабых количествах. Начнет наполнять кружку, Фаня, заслышав пенистое "буль-буль", летит сломя голову из-под потолка. Усядется на край кружки и сладострастно макает клюв в хмельную жидкость. Много ли птахе надо? В голове захорошеет, в лапках ослабнет, того и гляди, в кружку свалится.
- Че, ексель-моксель, - спросит Леха подвыпившего кореша, - полетишь орлам морды бить, сорок щупать?
Не только к пиву пристрастился Фаня. Курить начал. Даже по трезвянке. Леха за сигарету - Фаня тут как тут. На плечо хозяина приземлится и, как только Леха выпустит струю дыма, торопливо начинает клевать никотиновый воздух.
- Ёксель-моксель, - однажды удивился Леха, - дак тебе че - и баба нужна?
- Ёксель, - согласился Фаня, - без базару!
Леха принял пернатое заявление за чистую монету и, решив, что на Фаню клятва в отношении женского пола в данной квартире не распространяется, принес дружку самочку.
Реакция на "бабу" была - не удержать. Но не в эротическом смысле. Фаня принялся гонять невесту по всей квартире, только перья сыпались. А ведь был абсолютно трезвый. Долбал бедняжку в хвост и в гриву, пока Леха не унес ее.
- Ну ты, ексель-моксель, даешь! - ругался Леха. - Не знал, что такой отморозок!
- Пивко поцыркаем, - хитро передернул разговор на другую тему Фаня.
- Кто поцыркает, а кто и пролетает, - ворчал недовольный Леха, - ему как путному купил...
- Отцвела любовь-сирень, вот такая хренотень! - издевался из-под потолка Фаня.
- Сверну башку - узнаешь!
Но вскоре они уже целовались.
Если Леха приходил домой в настроении, Фаня тут же подлетал к нему и начинал тыкаться клювом в усы, губы. Когда Леха садился перед телевизором, Фаня цеплялся ему за чуб, как за ветку, и повисал вниз головой, мешая зрительскому процессу. Дескать, куда уставился, вот же я...
И никогда не вязался к Лехе, когда тот возвращался хмурым.
В такие вечера Фаня засовывал голову в ракушку, доставшуюся Лехе от жены при разделе ею имущества, и ворчал туда на свою жизнь. Звук получался эхообразный. От чего Фане казалось - в ракушке сидит сочувствующий ему собеседник.
Однажды среди зимы из аула заявилась с повинной бывшая хозяйка. Но Леха сделал ей резкий от ворот поворот. Дескать, отцвела любовь-сирень, лейте слезы по другим адресам.
Но потом Фаня недели две не высовывал голову из ракушки...
А весной Леха влюбился. Да так, что не балуй. Зашел в магазин за пивом, а там Катя за прилавком. И... "попалась, птичка, стой, не уйдешь из сети". Леха и не рвался на выход.
- Ну, ексель-моксель, женщина! - делился с Фаней переполнявшим сердце чувством. - Класс! Бывают же такие!
Попугай телячьих восторгов не разделял.
- Хренотень! - говорил он.
- Сам ты воробей общипанный! - обижался Леха.
Если он начинал ворковать с Катей по телефону, Фаня или в ракушку голову засовывал жаловаться на жизнь, или того хуже - с возмущением летел обои драть под потолком. Будто всю жизнь не с воробьями, а с дятлами имел дело. Как начнет клювом долбать - летят во все стороны клочки недавно наклеенных обоев.
- Перестань, паразит! - крикнет Леха. - Прибью!
Попугай - ноль реакции. Как об стенку горохом угроза смерти. Все края обоев обмахрил.
Чем дальше в лес заходил роман хозяина с Катей, тем отвязаннее становился Фаня.
- Падла! - кричал Лехе. - Пошел в пим!
- Фильтруй базар! - шутливо успокаивал друга Леха и задабривал, подсыпая в кормушку корм. - Ешь свою хренотень!
Фаня отказывался. Изредка поклюет самую малость...
Даже на сигареты не реагировал и на пиво не падал коршуном с небес.
Лехе, что там говорить, некогда было вокруг Фани скакать-угождать, Катю обхаживал все свободное время. А когда, без ума счастливый, на руках внес ее в фате в свое жилище, Фаня сказал: "Ёксель", - и упал замертво на пол.
Вот такая была, ексель-моксель, любовь-сирень.


Сергей Прокопьев

Seti
 SETI.ee (1)
Страница: 1-20 
kpokodil
Отправлено: 26/05/2004 21:55  Обновлено: 26/05/2004 21:55
Дата регистрации: 01/04/2003
Из: Нарва ,Уускюла
Сообщений: -1
птичку жалко , предал крепкую мужскую дружбу
Страница: 1-20 
Вконтакте
 ВКонтакте (0)
Facebook
 Facebook (0)
Мировые новости