Иллюстративное изображение
Полиция Хельсинки занимается расследованием деятельности подростковой группировки, лидером которой, по имеющимся данным, является 11-летняя девочка.

Далее...



«Девочки, действующие в Вуосаари и восточном Хельсинки, подозреваются примерно в тридцати преступных деяниях», — рассказала криминальный инспектор столичной полиции Марья Вяятти. Основные подозрения в отношении участниц группы связаны с нападениями на людей.

В круг подозреваемых вошли десять девочек, рождённых в период с 2012 по 2015 год. «В группе есть девочки, которые более склонны к криминалу, чем другие. Некоторые явно активнее», — отметила Вяятти.

По словам полиции, возглавляет группу 11-летняя девочка, чьё имя знают дети из разных районов восточной части финской столицы. Общая численность банды, по оценкам, может достигать сорока человек. Участницы запугивают прохожих и совершают иные противоправные действия — как в ряде районов Хельсинки, так и в соседнем Эспоо.

Среди вменяемых деяний преобладают нападения, но фигурируют также угрозы, клевета и порча имущества. Пострадавшими оказывались и взрослые, и дети, причём как случайные прохожие, так и знакомые нападавших.

Вяятти сообщила, что свои действия участницы снимали на камеру и публиковали в Snapchat. Полицейские изучили эти ролики — часть из них содержит сцены крайней жестокости.

Пик эпизодов насилия пришёлся на новогодние праздники, последний зафиксированный случай произошёл в апреле. Инспектор уточнила, что больше всего заявлений с упоминанием одних и тех же подозреваемых поступало именно из Вуосаари.

Ни одна из подозреваемых не достигла 15-летнего возраста, поэтому уголовная ответственность к ним неприменима. Тем не менее им может быть предписано возместить ущерб потерпевшим.

Инспектору известен как минимум один случай, когда стороны воспользовались процедурой примирения. О том, была ли выплачена компенсация, она сведениями не располагает.

Мотивы поведения девочек до сих пор остаются для полиции загадкой. «Мы должны знать мотив, чтобы понять, почему эти дети так поступают», — подчеркнула Вяятти. По её словам, социально-экономическое положение семей этих подростков сильно разнится: среди них есть выходцы и из благополучных, и из малоимущих семей.

Часть девочек, как отметила инспектор, проживает не в самом Хельсинки, а в Уусимаа.

Где именно познакомились участницы группы, полиции неизвестно. Они ходят в разные школы и не занимаются в общих кружках. Единственное, что их связывает, — совместное времяпрепровождение на востоке Хельсинки.

По итогам работы полицейские направили несколько отчётов в службу защиты детей. Девочек вызывали на беседы, в которых, помимо самого ребёнка и опекуна, участвуют социальный работник, сотрудник полиции, психиатр и, при необходимости, специалист по работе с молодёжью. Комментировать реакцию подростков на эти встречи Вяятти отказалась.

До 2024 года столичная полиция проводила также профилактическую работу с несовершеннолетними, однако, по оценке инспектора, снизить подростковую преступность эта программа не помогла. Сообщения о деятельности группы продолжают поступать.

Ничего похожего в своей недавней практике Вяятти припомнить не может. Делами лиц младше 15 лет она занимается с 2023 года: «Я не помню ничего подобного, где были бы определенные исполнители и определенная региональная концентрация. Что заставляет их вести себя преступным образом, до сих пор неясно».

Сказать, сколько именно девочек участвует в действиях банды в тот или иной день, инспектор затрудняется, но подчёркивает: в ряде заявлений говорилось об одновременном присутствии на месте сразу нескольких участниц.

Ситуацию в целом прокомментировала региональный руководитель молодёжной работы Хельсинки Тийна Херкке.

По её словам, аналогичные группы выявлены в шести-семи районах города. Одни из них не покидают пределов собственного квартала, другие передвигаются по линиям железной дороги и метро. Слабая привязанность таких детей к школе и дому, считает Херкке, говорит о неуверенности или отсутствии чувства принадлежности: «Чем младше ребенок, тем интенсивнее должны быть меры поддержки, чтобы он не встал на преступный путь и чувствовал себя в безопасности».

Она также напомнила, что дети этого возраста всё ещё находятся в стадии становления: «В этом возрасте дети импульсивны. Молодые люди, с которыми мы сталкивались, часто сами удивляются своим поступкам. Ребенок не выходит на улицу с намерением кого-то избить».

Источник